ЗАКОН, «ДАРУЮЩИЙ» РОДИНУ, или ИСКУССТВО ВОЗМОЖНОГО

Publié le par Sophie Tournon

Клара БАРАТАШВИЛИ

 

 «Надо бороться за справедливость», - говорил ныне покойный доктор Гурам Мамулия. И демонстрировал это своей жизнью. В то время в этой борьбе был блеск высокой идеи.

 

По словам Тома Триера, регионального директора Европейского центра по вопросам меньшинств, закон абсолютно не соответствует тому законопроекту, который разрабатывался в сотрудничестве с международными организациями и финансировался ими и Советом Европы. Причина? «Люди, которые изначально участвовали в разработке законопроекта, были отстранены и сменены другими».

Это известный прием властей: месхетинские НПО, работающие в Грузии, тоже были отстранены.

Борьба месхетинцев за свои права началась в Грузии в начале 90-х годов. Пачки писем, куча обращений, проекты, акции протеста, голодовки. Выход на международный уровень: консультативные встречи в Гааге, Вене, Женеве... Благодаря их настойчивости международная общественность узнала об этой проблеме. А Грузия была принята в члены Совета Европы с обязательством создать законодательную базу для репатриации депортированного месхетинского населения.

Правозащитник Паата Закареишвили сказал как-то, обращаясь к автору этих строк: «Если бы не вы, если бы не ваша работа, мы в Грузии до сих пор ничего не знали бы об этой проблеме. Вы рассказали нам, кто такие месхетинцы, чего вы добиваетесь. Вы раскачали общественное мнение! Это мы вас должны благодарить».

 

После вступления Грузии в СЕ трижды начинают писать законопроект. И всякий раз – дискриминационный. И дважды его пишут наши просвещенные молодые юристы из Ассоциации молодых юристов Грузии. Дважды их финансирует УВКБ ООН. Они буквально излучают гордость за свое западное образование. Но в законопроекте, который они сочиняют, европейскими стандартами и не пахнет.

Обсуждение концепции. Встречи с экспертами СЕ. Немало сил было потрачено, одних  дебатов было сколько. По пунктам разъясняли свою позицию. Здоровые силы не пропустили эти два до парламента.

Месхетинские НПО были уверены, что Совет Европы не пропустит и третий, не менее дискриминационный законопроект. Никто не знает, кто его писал, но в кулуарах шли разговоры, что он написан в одну ночь одним из лидеров «Национального движения». Тем самым, который сказал: «Мы не возьмем на себя никаких обязательств, мы сделаем то, что входит в наши интересы. С одной стороны, это будет восстановление исторической справедливости, с другой стороны – это произойдет так, чтобы ни в коем случае не создалась какая бы то ни была угроза нашим национальным и государственным интересам…»

Этот третий законопроект и прошел. Иностранцы вежливо разводили руками. И мы имеем такой закон, какой имеем.

 

КАКОВ ОН – ЗАКОН О РЕПАТРИАЦИИ? Марат Бараташвили, Союз грузинских репатриантов: «В обязательствах Грузии было сказано, что государство должно создать законодательную базу для репатриации в течение двух лет! Это должны были быть 2000-01 гг. В течение 3-х лет после принятия закона должна была начаться репатриация. И за 12 лет она должна была закончиться. И что же? Государству, имеющему ресурсы, бюджет, кадры, архивы и прочее, потребовалось 8 лет, чтобы написать 3 страницы!»

Так что же написано в этом законе?

В нем прежде всего отсутствует оценка депортации и признание месхетинцев жертвами политических репрессий.

Гия Нодия, политолог: «В целом этот закон является результатом политических компромиссов. В Грузии вообще идея репатриации просто непопулярна. И когда складывается такая политическая ситуация, обычно принимается наиболее консервативный закон. Который оставляет у государства очень много рычагов для проведения той политики, которую оно хочет проводить.

Естественно, что оппозиция всегда использует это против правительства. Поэтому правительство максимально оградило себя от излишней критики. То есть, как бы принцип репатриации принимается, но процесс репатриации, скорее, усложняется.

А что касается оценки депортации, то это был один из самых спорных пунктов во всё время обсуждении концепции репатриации. Большинство грузинских политиков считает, что Грузия, как государство, не несет ответственности за депортацию. Что это решение было принято советским правительством, а Грузия не является правопреемницей Советского Союза»».

Любимый «аргумент» месхофобов: не мы репрессировали, не нам отвечать.

Но именно по этому поводу 25.01.2006 была принята Резолюция ПАСЕ № 1481 «О необходимости осуждения международным сообществом преступлений тоталитарных коммунистических режимов». В ней отмечается, что «членам Совета Европы необходимо занять четкую позицию относительно преступлений, совершенных тоталитарными коммунистическими режимами. Они морально обязаны сделать это без дальнейшего промедления».

Наши власти об этом и не помышляют. 

ДОКУМЕНТЫ. Вместе  с  заявлением соискатель статуса  репатрианта  должен  подать 14 документов. Требование предъявить два из них впечатлило меня больше всего. Один – удостоверяющий факт насильственного переселения. Действительно, НКВД выдавало справки при индивидуальной расправе с человеком («выслан», «арестован», «раскулачен»). Депортация месхетинцев в 1944 г. была коллективной, и никакие справки не выдавались. Просто заявились в 4 утра, прикладом выбили дверь и выгнали людей на улицу. Не было даже поименного списка выселяемых – только повагонные, где указывался лишь глава семьи. Так что документа о факте принудительной ссылки месхетинцев попросту не существует. А закон его требует. Как в сказке: пойди туда, не знаю куда, принеси то, не знаю что.

Не менее абсурдно требование закона предоставить информацию о финансовом и имущественном положении. То есть, заработок, движимое и недвижимое имущество: участок земли, дом, дачу, гараж, машину, акции и банковские вклады. С какой стати? Если всё это есть – надо только радоваться. Поскольку по закону репатрианту не предусмотрена никакая финансовая помощь. 

СРОКИ. По закону потенциальные  репатрианты  могли подать заявления  до 1 января  2009 г. (ст. 4, п. 7).  Поскольку к этому времени заявлений поступило раз, два и обчелся, к тому же вмешались августовские события, срок подачи  был продлен  до 1 июля 2009 г.

Ибрагим Бурхан (общество «Ватан», Азербайджан): «Непонятно, почему в законе указывается срок подачи заявлений? Ведь его можно оставить открытым. Может, у кого-то сегодня  нет возможности или желания, а завтра появится».

Гия Нодия: «Грузия хотела решить эту проблему раз и навсегда, поэтому сроки подачи заявлений были ограничены».

Том Триер: «Оптимальным решением было бы не ограничивать сроки. Но, к сожалению, правительство Грузии очень настаивало на внесение в закон этого срока. Надеюсь, что он будет продлен еще на 6 месяцев».

Будет ли? Никто не знает. В кулуарах, опять же, ходят слухи – если да, то на 2 месяца.

 

АПЕЛЛЯЦИЯ. Решение о предоставлении статуса репатрианта принимается в административном порядке, то есть  решает Министерство по беженцам – дать человеку статус или отказать.

Куда податься бедному месхетинцу, если чиновник отказал ему в статусе репатрианта? Никуда. Наш закон четко запрещает право на апелляцию (ст. 8, п. 3). Как в поговорке: «На нет и суда нет!»

Надо ли говорить, что это положение закона прямо противоречит Европейской конвенции по правам человека.

Хотя у Ираклия Кокая, начальника департамента репатриации  Министерства по беженцам и расселению Грузии, свое мнение на этот счет:

«Да, по закону человек не имеет право обжаловать отказ в судебном порядке. Зато его можно обжаловать в вышестоящем органе. Например, мое решение можно обжаловать у замминистра, решение замминистра – у министра и так далее».

Эмиль Адельханов, тбилисский правозащитник: «Увы, это не так: ст. 8, п. 3 гласит, что «на административно-правовые акты о присвоении статуса репатрианта или об отказе в таковом не распространяется действие ст. 177 и ч. 3 ст. 178 Общего административного кодекса Грузии», разрешающих обжаловать административные постановления в вышестоящей административной инстанции (ст. 177) и в суде (ч. 3 ст. 178). Более того, ст. 7, п. 5 закона о репатриации гласит, что на процедуры рассмотрения заявлений вообще не распространяются никакие требования Общего административного кодекса Грузии». 

Народный защитник Созар Субари поставил вопрос о конституционности этого положения. И, скорее всего, эта тема будет адресована международному сообществу. 

КАК РЕПАТРИАНТУ ПОЛУЧИТЬ ГРАЖДАНСТВО ГРУЗИИ? Преодолев все эти воздвигнутые законом барьеры, месхетинец получает статус репатрианта, который ничего ему не дает: ни права участвовать в жизни страны, ни помощи – каких-либо льгот или приобщения к программам интеграции (поскольку таковых нет). Он не только не приобретает, он даже теряет – гражданство той страны, откуда прибыл. И, фигурально выражаясь, висит в воздухе. Сколько это длится? Репатриант ждет 6 месяцев, а затем должен предоставить документы  для  получения грузинского гражданства. Как оно будет присваиваться?  Это зависит от постановления, которое должно выйти до 1 января 2010 г. Он-то и будет определять получение гражданства в упрощенном порядке. А также срок,  в течение которого репатриантам будет присвоено гражданство.

Период же получения гражданства после обретения статуса репатрианта также неизвестен, он еще должен быть определен.

Марат Бараташвили: «Имеется Резолюция ПАСЕ № 1257 от 25.09.2001. В ней сказано, что при создании законодательной базы для репатриации Грузия предоставить депортированным месхетинцам «такой же статус, какой имеют депортированные других национальностей, вернувшиеся в Грузию при советском режиме». То есть, у месхетинских репатриантов должен быть статус гражданина и статус жертвы политических репрессий.

Один этот документ, даже очень хороший, не позволит осуществить процесс репатриации. Нужен пакет документов. Нужны изменения в законе о гражданстве.

Закон о гражданстве стран Прибалтики, Казахстана, Молдовы, той же самой России, которую мы так ругаем, говорит, что люди, которые в советскую эпоху вынуждены были бежать из страны или были депортированы, или как-то иначе оказались за границей, могут, находясь там, зарегистрироваться в своих консульствах гражданами этой страны.

Мы приняли Закон о гражданстве в 1993 г. Ничего подобного там нет. После этого в Закон о гражданстве внесено 29 поправок! И никому из депутатов четырех поколений не пришло в голову вспомнить о депортированных месхетинцах.

Надо внести изменения в таможенный кодекс. Люди будут приезжать, провозить свое имущество, и государство должно освободить его от пошлины.

Надо внести изменения в положение о пенсиях. Нужен комплекс документов. И статус репатрианта не нужен. Нужно ГРАЖДАНСТВО. И не здесь – после приезда, а там, до того, как он приедет.

А этот закон –  для галочки перед Советом Европы. Что, дескать, мы закон приняли, но они не приедут».

Гия Нодия: «Грузинское гражданство реально существует только после того, как Грузия стала независимым государством, с 1993 года, когда был  принят Закон о гражданстве. В советское время грузинского гражданства фактически не существовало как такового. Это было чисто формальное упоминание в конституции».

Марат Бараташвили: «Напомню –  в Преамбуле нашей Конституции сказано: мы –  правопреемники Демократической Республики Грузия 1918 года. Извините, но в 1918 году все эти люди, которых позже депортировали, проживали там! Они были гражданами этой страны. Верни их и дай им это гражданство!»

Том Триер: «Когда вы получите гражданство – закон этого не говорит. Он говорит: гражданство будет присуждаться по указу, который будет принят. Неясно и то, на каких основах будет присуждаться или отклоняться гражданство. Мне кажется, это не окончательный вариант закона, он еще будет обсуждаться. Многое будет зависеть от процесса рассмотрения аппликаций репатриантов. С моей точки зрения, гражданство должно быть присвоено немедленно, а не через 3, 5 или 10 лет. Если быть реалистичным, наверное, можно рассмотреть 1, 2 или 3 года, но не думаю, что Совет Европы примет от правительства Грузии срок больше 3-х лет».

По словам Бориса Вудса, полномочного представителя Генерального Секретаря Совета Европы в Грузии, в СЕ всё знают и регулярно следят за процессом. Но если так, то как же они пропустили хромающий в гуманитарном отношении закон? Где их мониторинг и рычаги влияния? Почему допущены явные противоречия принятого закона с европейскими стандартами?

Господин Вудс категоричен: «Изменять закон поздно! Это уже история. Надо заниматься будущим. Надо помочь Грузии осуществить взятые на себя обязательства, а именно, репатриацию. Это постоянный процесс. И мы работаем в тесном сотрудничестве с правительством Грузии в этом направлении».

Эмиль Адельханов: «Европа, конечно, опростоволосилась, но хорошо же и наше гражданское общество! В самой Грузии все эти 20 лет месхетинской проблемой занимались два с половиной энтузиаста (не считая тех, кто работал для галочки, и тех, кто занимался антитурецкой-антимесхетинской пропагандой)».

 

ЧТО ДУМАЮТ САМИ МЕСХЕТИНЦЫ? С. Барбакадзе, председатель международного общества «Ватан»: «Когда готовили законопроект, с нами поступили нечестно. Братья так не поступают с братьями. Зачем нужно было 33 вопроса в одной анкете? 15 разных справок, которые вряд ли можно все собрать. Никто из наших не учился в грузинской школе и английский не знают. А подавай документы на этих языках. Потом еще перевести справки и заверить нотариусом. Для этого заплатить надо –  не менее 50 долларов. Для чего это делается? Это так они любят нас, своих братьев? Но мы это напишем, мы это заполним. Мы этим господам докажем, что родина дороже стоит.  Мы не то прошли, это тоже пройдем. Пусть им будет стыдно».

 

В обществе постоянно муссируется вопрос – реальна ли репатриация, когда Грузия пережила войну и в ней полно беженцев из Абхазии и Южной Осетии?

Марат Бараташвили отвечает утвердительно. И приводит пример: «Во время первой чеченской войны в Грузии в течение 10 дней было принято 8 тысяч беженцев из Чечни. А приняло ли государство в течение 10 лет хоть одного месхетинца? Были всё же и мирные промежутки. Я бы попросил свое государство: скажи правду – не буду и не хочу! И все успокоятся. Каждый будет знать свою дорогу. Зачем обманывать – себя, людей, международную общественность?»

Ибрагим Бурхан: «В 1944 г. шла война. Тем не менее, нашлись вагоны, нашлись продукты на дорогу. Всё нашлось. И 20-тысячная армия нашлась, чтобы выселить нас. За 10 дней провели депортацию. Теперь хотим обратно ехать, а государство не желает помогать. Уже 8 месяцев прошло, хотя бы кому-то дали статус репатрианта. И у остальных тоже появилось бы желание вернуться».

 

В Ахалцихе на улице Боржомской стоит ряд домов, в котором живут месхетинские репатрианты. Сейчас их здесь 50 семей. Интересно, что почти все они граждане Азербайджана и, не ожидая статуса репатрианта, стремятся получить двойное гражданство. Создается впечатление, что закон о репатриации оказывает им не столько юридическую, сколько психологическую поддержку. Айдын Расулов переехал в 2007 г. и купил дом. Он считает, что выход закона очень улучшил ситуацию. «Простые люди думают: раз закон принят, родина уже дана. Можно ехать». Так, месяц назад из Сабирабада сюда переехала еще одна семья. «Проблем с местным населением нет. Детей обучают языку, я тоже сам потихоньку изучаю». 

ЧТО ДУМАЕТ ОБЩЕСТВО О МЕСХЕТИНЦАХ? Гия Нодия: «В обществе есть страхи (я считаю, необоснованные), о том, что вот 300 тысяч человек сразу за один день приедут... И поэтому приняли более консервативный закон, чтобы как-то утихомирить страхи».

Манана Ломадзе, автор документального фильма «Месхетинский остров»: «Я не знала эту проблему, многое не понимала. И когда поехала к репатриантам на съемки, честно говоря, побаивалась. Но, время, проведенное в семьях репатриантов, стало для меня незабываемым. Это очень открытые, хорошие люди. Я увидела, что они не только считают себя грузинами, они настоящие граждане, больше, чем многие другие. У них есть чувство ответственности, они всё понимают. Но они изолированы, общество их не знает. И потому проблемы. В Ахалцихе люди сначала плохо принимали месхетинцев, обзывали их, говорят, даже камнями закидывали, но потом перезнакомились. Теперь у них есть друзья, и соседи довольны. Вообще-то я думаю, что эти люди – жертва пропаганды. С одной стороны, их много. Если, скажем, все они приедут... это очень трудно для государства. Но с другой – я вижу, как они стараются интегрироваться, и понимаю, что ничего страшного в этом нет». 

СТАТУС-КВО. По информации Ираклия Кокая, начальника департамента репатриации  Министерства по беженцам и расселению, на данном этапе в министерство поступило 2200 заявлений – 3 из Украины, 2 из США, 4 из Грузии (в том числе одно из Самцхе-Джавахети), остальные все из Азербайджана. Их рассмотрение (по закону) начнется после того, как закончится прием заявлений. Трудно сказать, сколько времени займет рассмотрение каждого заявления, поскольку это очень индивидуально.

На мой вопрос – будет ли работать закон о репатриации, И. Кокая ответил: «Он уже работает! Мы получили две тысячи аппликаций, даже из США. Это значит, закон уже работает».

Том Триер: «В России много еще работы. К сожалению, месхетинские организации в России не очень эффективно работают. Ни одной аппликации не получено из России».

Сулейман Барбакадзе: «Сейчас собираются заявления на 30 тыс. семей в 15 регионах России. Если в России, Азербайджане и Украине относятся к этой проблеме более-менее с пониманием, то в Казахстане, Узбекистане и Киргизии совсем  другая ситуация. Там не только не помогают, там мешают репатриации. Многих устраивает иметь у себя рабов, которые, ничего не спрашивая, работают и работают».

В Азербайджане проживает 70 тыс. месхетинцев. Ибрагим Бурхан: «Мы передали  2200 пакетов через посольство Грузии. И ждем ответа. Сейчас у нас на руках находятся еще 11 тысяч документов. Их осталось утвердить нотариусу и перевести на английский. Около миллиона долларов нужно, чтобы всё это переводить. Наши все живут в сельской местности, им трудно собирать всё это. Мы помогаем им. 100 человек проинструктированы и ходят по домам, собирают документы А еще есть много желающих записаться».

 

ЭПИЛОГ. Было время, когда было опасно даже говорить, кто мы такие. И закон, дарующий Родину, казался нам недостижимой мечтой.

Сегодня долгожданный закон принят, и месхетинцы открыто обсуждают его. Однако пропал этот самый блеск высокой идеи. Появился прагматизм – в ней ищут не столько справедливости, сколько выгоду своим интересам.

Да и сам закон с большой натяжкой можно назвать воплощением прекрасной мечты. Искусство возможного, так сказать.

Что же мы имеем, в конце концов?

Грузинское государство взяло на себя обязательство и ответственность перед Советом Европы – осуществить репатриацию месхетинцев. Из текста принятого закона следует, что государство практически не несет никакой ответственности за репатриацию. Ни организационной, ни финансовой, ни информационной. Всё должен делать сам репатриант. И никаких программ репатриации не существует.

По мнению Гии Нодия, поскольку такая программа – вещь дорогостоящая, государство, видимо, рассчитывало на международную помощь и не включило ее в закон.

Репатриация – вот оно, обязательство! А разработка всяких законов, подзаконных актов, программ, инструкций и т. д. – это лишь инструменты для выполнения этого обязательства.

Кстати, для выполнения такой объемной работы нужно много инструментов. Принятием же одного-единственного закона (к тому же дискриминационного) государство создало один-единственный инструмент, срок действия которого уже истек (1 июля 2009 г. закончился срок приема заявлений на соискание статуса репатрианта).

Вывод напрашивается сам собой.

Закон принят? Да.

А обязательство перед Советом Европы? Не выполнено.

 

Как сказал доктор Гурам Мамулия на конференции по месхетинской проблеме 6 февраля 2002 года: «В общем, все мы – дети очень плохой истории».

И добавил на международной конференции FUEN 5 марта 2002 года: «Если в ближайшее время ситуация не изменится к лучшему, мы можем сказать: Грузия взяла на себя обязательство, которое не собиралась выполнять».

 

Когда-то Гурам Самсонович  предостерегал нас от стремления выдавать Грузию за некую Аркадию. Но как хочется, чтобы наша Родина была такой: образом идеальной страны и счастливой жизни.

 


БОРЬБА ЗА РОЖДЕНИЕ ЗАКОНА. 11 июля 2007 г. Парламент Грузии принял закон «О репатриации лиц, принудительно высланных из Грузинской ССР в 40-е гг. ХХ века бывшим Советским Союзом».

Publié dans Article

Commenter cet article

dissertation samples 01/09/2009 12:05

Blogs are so informative where we get lots of information on any topic. Nice job keep it up!!_________________dissertation samples